Ф. в интересах своего несовершеннолетнего ребёнка, 2023 года рождения, обратилась в суд с заявлением об установлении факта признания отцовства указывая на то, что она с 2020 года состояла в фактических семейных отношениях с Х., в 2023 году у них родилась дочь. Х. признавал ребёнка, однако, в установленном законом порядке в органы ЗАГС с заявлением об установлении отцовства не обратился, поскольку содержался в СИЗО, после чего убыл в зону СВО. Учитывая, что в декабре 2025 года Х. признан погибшим в ходе выполнения задач СВО, заявитель просила установить факт признания отцовства Х. в отношении их дочери для оформления пенсии по потере кормильца.

В ходе рассмотрения дела установлено, что Х. при жизни признавал ребёнка, интересовался его развитием, в заполняемых им документах указывал, что у него есть дочь, рождённая заявителем. Кроме этого, в судебном заседании мать самого Х. подтвердила, что её сын признавал дочь, она же считает ребёнка своей внучкой, спор о праве, в том числе в части распределения выплат в связи с гибелью военнослужащего, отсутствует.

Решением Кировского районного суда г. Красноярска установлен юридический факт признания отцовства Х. в отношении несовершеннолетнего ребёнка заявителя Ф.